Подписаться! Лента новостей Климат Изменение климата

В изменениях климата виноват человек

И почему в климатических переговорах так мало климата, рассказал Алексей Кокорин.
0 комментариев
Продолжение темы:

Товарищество "Зелёная сеть" на климатических переговорах в Бонне встретилась с Алексеем Кокориным, руководителем программы "Климат и энергертика" в Фонде дикой природы России, чтобы от первого лица получить ответы на вопросы, которые часто задают скептики, отрицающие изменение климата, и разобраться, где в этих вопросах ложь, а где намек.

— Алексей, скажите, пожалуйста, можно ли разделить природные изменения климата и влияние человека? Можно ли сказать в цифрах, насколько человек виновен в изменении климата?

— Можно. Естественные процессы циклические: возрастают и падают, а влияние человека нарастающее и имеет постоянный курс. Оценивая, например, пятьдесят прошлых лет, мы можем сказать, каким было влияние человека. Последний доклад ООН ясно говорит, что преобладает именно человеческий фактор. Это означает, что в повышении температуры, которое уже произошло, - в среднем по земному шару это около 0,6 градуса за последние пятьдесят лет, 0,5 градуса с высокой вероятностью — это вина человека. Мы оцениваем потепление за пятьдесят лет, потому что за такой длительный период естественные колебания сглаживают друг друга. На 21 век ученые прогнозируют потепление от полутора до четырех градусов, но это только за весь век. Мы еще слишком плохо знаем природные циклы, чтобы сказать, что через 10 лет будет на два градуса теплее, а через 20 лет — на градус холоднее, а через тридцать — опять на два градуса теплее. Эти знания накапливаются, но ответить на ваш вопрос, взяв одно десятилетие, невозможно, а вот столетие или хотя бы пятьдесят лет, - можно. Будущее оценивать сложнее — мы не можем предсказать извержения вулканов, которые сильно действуют в сторону похолодания. Солнечные циклы можно прогнозировать, такой информации достаточно, и в 21 веке их влияние будет небольшим.

— О солнечных циклах часто говорят, приписывая изменение климата именно солнечной активности.

— Если мы обратимся к официальным источникам, а не к Интернету, то мы увидим, что солнечные циклы, безусловно, влияют на температуру Земли, и влияют сильно. Этих циклов много: 11-летний, 40-летний, 60-летний и дальше, и они неравномерные. Иногда складывается так, что все циклы подряд положительные, тогда становится гораздо теплее, как было в конце 30-х годов прошлого века. Иногда циклы все подряд отрицательные, и можно наблюдать так называемый малый ледниковый период, как это было с середины 17 до начала 18 века. Но если мы посмотрим в будущее, и мы можем это сделать, то такого особенного накопления положительных или отрицательных циклов не будет. Кроме того, 11-летний цикл и солнечные пятна сглаживаются долгосрочным откликом океана. Океан — главная часть климатической системы. О глобальном потеплении мы говорим, основываясь не на температуре воздуха, а на увеличении содержания тепла в океане. Это значит, что возрастает количество тепла, содержащееся во всей климатической системе. Что при этом происходит с температурой воздуха — не так важно, этим показателем нельзя ни доказать, ни опровергнуть потепление, потому что воздух - это только малая часть всей климатической системы. На 11-летний солнечный цикл океан реагирует очень медленно, поэтому влияние этого цикла почти незаметно.

— Что является главным доказательством прямого человеческого воздействия на климат?

— Рост количества парниковых газов в атмосфере и их изотопный состав. Именно изотопный состав является неопровержимым доказательством того, что потепление происходит от сжигания ископаемого топлива. Если бы у нас не было этого аргумента — изотопного состава СО2, мы бы не могли этого говорить. Но он у нас есть.

— Катастрофические сценарии возможны?

— Если вы живете на одиноком острове высотой один метр над уровнем моря, нечего говорить — его не будет, и это лишь вопрос времени, когда. Может быть, в 2050 году, может быть, в 2130 году. Если вы находитесь где-нибудь далеко от моря, от ледников, от ожидаемых засух, дефицита воды, таяния вечной мерзлоты, скажем, где-нибудь в Екатеринбурге, или в Беларуси, то у вас катастрофический сценарий менее вероятен. Но вы же не одни на земном шаре. Если вы находитесь в Минске, то вам, конечно, пока не грозит судьба Санкт-Петербурга — затопление исторической части. Но все уже явно чувствуют рваный, неустойчивый характер погоды. То три недели жарко, то три недели холодно. Погода как будто взбесилась, и это нам не кажется, это доказано научными наблюдениями. У вас в Беларуси то на пять градусов жарче, чем надо, то холоднее на столько же. Перепад достигает иногда двадцати градусов, а это плохо для здоровья людей, для сельского хозяйства, для городского населения. Конечно, это не катастрофа, но изменения все же не к лучшему.

— Мы говорим, что температура растет, но впереди планету ждет ледниковый период? Как разобраться с этим противоречием?

— Здесь абсолютно разные временные масштабы. К ледниковому периоду Земля придет через тысячи, а то и десятки тысяч лет. Прогрев океана мы видим последние десятилетия и прогнозируем, как дальше будут развиваться события только на столетия, не более. Мы сейчас находимся в межледниковом периоде, где есть пик, вызванный влиянием человека. Изменение климата, вызванное человеком, по временному масштабу несопоставимо с приходом ледникового периода. Наши далекие потомки еще успеют забыть, что мы почему-то здесь топили углем, что-то не то у нас было с климатом, у них будут свои проблемы, может быть, как раз ледниковый период.

— Почему раньше говорили о глобальном потеплении, а теперь об изменении климата? В чем разница понятий, появились какие-то новые знания или просто сменили термин?

— Первые предсказания были именно о потеплении. Сванте Аррениус, шведский ученый, говорил об этом в самом конце 19-го века, что из-за сжигания угля повысится концентрация СО2, появится парниковый эффект. Советский академик Михаил Иванович Будыко, говорил более конкретно в 60-80-е годы и даже рассчитывал среднее повышение температур. Но для обычной жизни повышение температуры ничего не значит. Намного важнее перепады, усиление осадков в одних регионах, засухи — в других, и это называется изменение. Где-то повышения температуры вообще нет, если посмотреть карты. Но есть изменения — колеблется температура, меняется режим выпадения осадков: то ливневые дожди, то их нет вообще, то сильнейший снегопад, то снега нет всю зиму. Поэтому правильнее говорить "изменение климата".

— Получается, все необычные температуры и экстремальные погодные явления можно связывать с изменением климата? Ураган Хавьер, который в прошлом году удивил всю Беларусь, это следствие изменения климата?

— Это сложный вопрос. Все зависит от физики процесса. Есть процессы, например, образование блокирующих антициклонов или волн жары, или холода, связь которых с изменением климата абсолютно понятна и она достаточно прямая. То же можно сказать и о более резком или неравномерном выпадении осадков. По более редким вещам эта связь пока не прослеживается, что не означает, что ее нет, у нас просто нет данных. Чтобы изучить процесс, таких явлений должно быть довольно много, нужно научиться их моделировать математически и анализировать: вот мы еще выбросили парниковые газы, стало ли у нас это явление чаще, изменился ли его характер? Это означает, что о связи явлений, которые случаются раз в пятьдесят или сто лет, с изменением климата, мы пока говорить воздержимся. Страшное наводнение на Амуре укладывается в теорию усиления муссонных осадков в связи с изменением климата. Это, кстати, результат последних пяти лет работы. Может быть, пройдет еще пять лет, и мы докажем какие-то другие связи.

— Алексей, встречается много критиков доказательств и заявлений об изменении климата. Может быть, это связано с тем, что вопросы климата стали политизированными? Процесс переговоров, например, часто затягивается, государства не идут на компромисс.

— Да, конечно. Переговоры особенно, об этом даже не будем говорить. Что такое изменение климата? По сути, это научное открытие. Из любого научного открытия какая-то часть бизнеса хочет получить выгоду, другой части это открытие невыгодно. Тому, кто продает солнечные панели изменение климата выгодно. Тому, кто производит топливо из ископаемых источников это невыгодно. Там, где бизнес может повлиять на решения правительств, он это делает. А там, где нельзя повлиять прямо, он старается подрубить корни дерева — опровергнуть климатическую науку. Это очень сложно, это труднейшая математическая физика атмосферы и океана, разобраться в ней самостоятельно сложно, но очень легко запускать всякого рода мифы.

Я могу посоветовать читать только первоисточники, насколько это возможно. Ученым абсолютно не нужна политизация. Они живут в другом мире, количество денег, которое им выделяют, зависит от научных фондов, грантов, программ Академий наук, которые очень слабо подвержены влиянию бизнеса по всему миру, и там сидят те же ученые, оценивающие, кому дать грант. Этим людям гораздо дороже научный престиж. Если вы будете читать доклад Росгидромета или Белгидромета, в нем не будет никакой подтасовки фактов, никакой политизированности. Но если вы читаете доклад Пентагона, то не надо удивляться. Ученый никогда не напишет в своем журнале то, что он не проверил несколько раз. И его сначала спросят, как он это доказывает, и без доказательства не выйдет публикация. Это касается только ученых, высказывания тех, в чьих интересах могут быть деньги, очень малого стоят. Это необязательно изменение климата, любое научное открытие порождает волну "за" и "против" в бизнесе и "за" и "против" в правительствах стран. И международные переговоры по климатическому соглашению — это не переговоры климатологов, это переговоры политиков, экономистов и финансистов, а это разные вселенные.

Алексей Кокорин — руководитель программы "Климат и энергетика" Фонда дикой природы России с 1999 года, автор более 50 научных работ по экологии, климатологии и физике атмосферы. Участвовал в подготовке Рамочной конвенции ООН об изменении климата, Киотского протокола, работал в программах ООН, Межправительственной группе экспертов по изменению климата.

Беседовала Вероника Реут

Ранее по теме:

Комментарии читателей: